Аналитический отчет Кавказ-Центра
В мае 2026 года в Пекине состоялась встреча, которую многие эксперты назвали символической для новой геополитической реальности.
Президент США Дональд Трамп прибыл к Си Цзиньпину в позиции просителя. Ожидания от саммита были предельно низкими: Вашингтон искал помощи в выходе из иранской ловушки, которую сам же во многом и создал, сталкивался с внутренней инфляцией и падением популярности президента.
Китай, напротив, демонстрировал уверенность — годом ранее Пекин успешно заставил Вашингтон отступить в торговой войне.
Фрэнсис Фукуяма, один из самых влиятельных американских политологов, в своём видео и эссе «What Xi Knows That Trump Doesnt» назвал происходящее «болезненным и унизительным» зрелищем.
Для него это не просто неудачный саммит, а яркая иллюстрация относительного упадка Соединённых Штатов как великой державы.
Симптом упадка
Ключевой момент, на который обращает внимание Фукуяма, — не столько конкретные результаты переговоров (их было мало), сколько симптом упадка. Си Цзиньпин упомянул «ловушку Фукидида» — классический сценарий, когда растущая держава (Китай) неизбежно вступает в конфликт с доминирующей (США).
Пекин недвусмысленно выразил надежду, что «снижающаяся» Америка «вежливо» уступит место Китаю. Трамп, по обыкновению, воспринял это как подтверждение своей риторики о том, что Америка пришла в упадок при Байдене, а при нём снова стала «великой».
Китайцы же, по мнению Фукуямы, прекрасно понимают обратное: американский упадок — прямой продукт политики Трампа с 2016 года. Это не случайность, а системный процесс.
В чём именно проявляется упадок?
Фукуяма выделяет несколько ключевых факторов:
1. Поляризация общества. Трамп не просто воспользовался существующими трещинами — он их радикально углубил. Вместо консолидации нации вокруг стратегических вызовов (прежде всего Китая) страна погрузилась в внутреннюю войну всех против всех.
2. Наука и технологии. Сокращение финансирования фундаментальных исследований, атаки на ведущие университеты (которые остаются главными центрами глобального инновационного превосходства США) — это самоубийственная политика в эпоху технологической гонки с Китаем.
3. Союзники и репутация. Отказ от традиционных альянсов в пользу транзакционного подхода «Америка прежде всего» ослабил сеть партнёрств, которая десятилетиями была главным преимуществом Вашингтона над авторитарными режимами. Союзники начали сомневаться в надёжности американских гарантий.
4. Восприятие извне. Для многих стран третьего мира и даже части элит в Европе и Азии американская модель демократии перестала быть безусловно привлекательной. Китай демонстрирует альтернативу: авторитарный контроль + квази-рыночная экономика + впечатляющие технологические успехи.
Контекст 2026 года
Трамп находится во втором президентском сроке. Его политика привела к тому, что Китай смог укрепить позиции в Индо-Тихоокеанском регионе, а Вашингтон выглядел разобщённым и непредсказуемым. Попытки давления на Пекин по Тайваню, тарифы и вопрос по фентаниловым прекурсорам не дали серьёзных прорывов. Пекин играл на долгосрочную перспективу, понимая, что время работает на него.
Критический взгляд
Анализ Фукуямы жёсткий и, безусловно, внесистемный в американском смысле — это голос либерального истеблишмента, разочарованного в популизме. Не все согласятся с тезисом, что упадок начался именно с Трампа (многие процессы — деиндустриализация, долг, культурные войны — имеют более глубокие корни). Однако трудно спорить с тем, что внутренняя поляризация стала главным тормозом американской внешней политики.
В то же время Китай тоже сталкивается с серьёзными вызовами: демографический кризис, замедление роста, технологическая зависимость в ключевых областях и растущее международное недоверие из-за агрессивной дипломатии. Упадок США не равен автоматическому триумфу Китая.
Геополитический вывод
Мы наблюдаем классический переходный период в международной системе. После «конца истории» 1990-х и однополярного момента 2000-х мир возвращается к жёсткой конкуренции великих держав. США остаются самой мощной страной по совокупности военных, технологических и финансовых возможностей, но теряют структурное преимущество — способность формировать глобальную повестку без значительных издержек.
Главный вопрос теперь не «кто сильнее», а «кто лучше управляет своим упадком / подъёмом». Китай демонстрирует стратегическое терпение и единство элит. Америка — глубокую внутреннюю разобщённость, которая превращает внешнюю политику в продолжение внутренней войны.
Фукуяма в своём анализе звучит тревожно-пессимистично. И в этом его ценность: даже если не соглашаться с его диагнозом полностью, игнорировать симптомы неразумно.
В эпоху, когда ядерные державы балансируют на грани, внутреннее единство и институциональная устойчивость становятся важнейшим стратегическим активом. Тот, кто его потеряет, рискует проиграть не в одном сражении, а в целой эпохе.
Кавказ-Центр
